Жестокие игры советских 70-х

Жестокие игры советских 70-х

Пока весь мир не на шутку увлекся южнокорейской «Игрой в кальмара», у нас в Москве — премьера «Жестоких игр». Возглавивший в прошлом году Государственный академический театр имени Моссовета Евгений Марчелли поставил свой первый спектакль на основной сцене, «Жестокие игры» Алексея Арбузова.

Нет, конечно, никакого кальмара здесь нет, только пять банок крабов на Дне рожденья, да и к жанру survival game пьеса никакого отношения не имеет. Больше сходства с американскими «Жестокими играми» 90-х, хотя те были сняты не по Арбузову, а Шодерло де Лакло. Но линии золотой молодежи, как всегда и везде, параллельны.

Евгений Марчелли перенес пьесу, написанную в 1978 году и имевшую успех на сцене Ленкома Марка Захарова, в наше время, хотя никаких особых указаний на этот счет нет и, пожалуй, можно себе представить героев и в 90-е, и в нулевые. И ладно в любой исторический период можно перенести трех молодых парней и девушку, приехавшую в Москву и не поступившую, но и советские геологи с тюменских нефтепромыслов актуализируются легко и непринужденно, можно даже сильнее понять их рабочее рвение. А вот вычитанный героями Арбузова в журнале совет ехать на Канары в наш 2021 год, что характерно, не попал.

Кстати, есть нечто забавное в том, что пьеса из застойных 70-х так спокойно монтируется в сегодняшний день, а когда современные драматурги-сценаристы предпринимают обратное путешествие во времени в сериалах-фильмах, то на экране шагают какие-то зомби, переодетые стилягами или баскетболистами, и вообще, кажется, что взгляд автора направлен не всего-то на поколение назад, а из 3000-х годов.

У Евгения Марчелли все не так, он называет своей «драматургию советской эпохи», «совпадающей с ощущением времени, жизни». Поэтому те же «Жестокие игры» он ставит уже во второй раз, при этом, именно пьесу Арбузова выбрал для дебюта на основной моссоветовской сцене.

Жестокие игры советских 70-х

Разумеется, актуализирует происходящее музыка, главной темой «Жестоких игр» Марчелли стал тик-ток-хит Love Tonight австралийского электронного дуэта Shouse, монотонный рефрен (All I need is your love tonight) задает ритм спектаклю, а в его середине песню даже исполняет целый хор. В общем, знакомы вы с тик-током или нет, а покинете Театр Моссовета с твердо вбитой в голову Love Tonight.

Спектакль, как и, собственно, пьеса затягивает с первой сцены, в которой Неля появляется в незапертой (вот, уже не очень актуально) квартире Кая на Тверском бульваре. Молодые люди изъясняются с платоновской замысловатостью, «В Москве зачем появилась?», «Обстоятельнее беседуй», «Сам купить властен». Впрочем, как поясняют сами три арбузовских товарища, их дружба ценна тем, что можно и помолчать вместе.

Персонаж Нели (актриса Екатерина Девкина, успешно работавшая с Марчелли в Ярославле) — главная движущая сила. Она все время движется, раз и навсегда покинув родителей и родной Рыбинск, то в Москву, то в тайгу. Много врет, о чем сразу предупреждает. В поисках веселья и «личного счастья» совершает непредсказуемые поступки. С другой стороны трое парней-москвичей, Кай (Митя Федоров), Никита (Нил Кропалов, Антон Поспелов) и Терентий (Иван Расторгуев), не движутся никуда, Никита предпочитает лежать на полу, Кай начинает спектакль на диване. Кай — художник, бросивший институт, Никита — отличник и спортсмен, Терентий «сильно попроще», но нашел себе хобби в виде самодеятельности.

Жестокие игры советских 70-х

Кай и Никита немного напоминают «маленьких хоббитов» из песни «Крематория». «Их родителями были Папы-факеры и мамочки-блудницы. Они жили в самом центре, За кольцом и даже у самой границы». Более простой Терентий, живущий в общаге, конкурирует с Нелей за право носить продукты и чай, классовое неравенство из пьесы 70-х переносится в 2020-е еще легче, чем героические нефтяники.

Как отмечается в пресс-релизе спектакля, «режиссер снимает всякий флер обаяния с бесшабашности, юношеского эгоизма, цинизма и максимализма арбузовских героев», делая «обжигающий своей беспощадностью разговор об инфантильности современного человека, утратившего способность различать границы между добром и злом, проявлять сочувствие и просто радоваться жизни. Обитающие в агрессивной среде герои жестоки не только по отношению к окружающим, они жестоки и безразличны и по отношению к самим себе».

Здесь можно поспорить только с флером обаяния, его не так легко снять. Ничего особенно страшного ребята не делают, жестокость они, в основном, направляют по отношению к родителям, но и те, как выражается Терентий, «могут натворить делов». Отец Терентия, некогда сильно пьющий слесарь Константинов (Александр Бобровский, Виталий Кищенко), конфликт отцов и детей обозначает особенно четко, постоянно появляясь в квартире Кая этаким призраком, который пытается загладить вину перед сыном. У Кая мать и отчим живут в Исландии, и юный художник очень страдает из-за развода родителей. У Никиты же семья большая и во всех отношениях прекрасная, успешная, занимающаяся снабжением (не испытывающая недостатка в крабах), но связывает их немногое. Ну а у Нели родители вообще «все перечеркнули». Только у нефтяника Маши Земцовой (Ирина Климова, Яна Львова) в пьесе нет проблем с родителями, она детдомовская.

Конечно, «вечно инфантильные» из этого конфликта не выйдут, пока не превратятся в своих родителей. Ну а ценность данной постановки в том, что и отцы-деды, и дети-внуки, могут увидеть в героях себя, и сила искусства поможет им всем стать менее жестокими друг к другу.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика